Johnson & Johnson банкрот, но рынки на это не реагируют

Кто не знает Johnson & Johnson, кто не пользуется их продукцией? Даже если бы и хотел, то вряд ли это бы было возможно. Bebe, Piz Buin, Neutrogena, Penaten (Крем), o.b. ( в том числе и Tampons), Carefree (Бинты), Listerine (Средство для полоскания рта), Dolormin (Обезболивающие), Imodium (От желудка), Olynth (Спрей для носа), Regaine (Средство для роста и восстановления волос), Acuvue (Контактные линзы), Nicorette (Средство для отказа от курения), вакцина против COVID-19 — всего и не перечислить.

Продукцию концерна встретишь в супермаркетах, дрогериях и аптеках 175-ти стран мира. Концерн задействовал 134500 работников и сотрудников на 275-ти филиалах в 60-ти странах.

Концерн не просто платит дивиденды в размере 2,6 %, а 60 лет подряд, из года в год, повышает. И не на какие-то пару центов, а последние 10 лет на 6,5 % ежегодно, и всё это при Payout(процент прибыли приходящийся на дивиденды) в размере 61.30%. Т.е., и акционеров порадовал, и себе на жизнь и развитие оставил. И деловые показатели Johnson & Johnson вряд ли могут быть лучше. Американский фармацевтический гигант сообщил, что за первые девять месяцев этого года объем продаж уже на 8 миллиардов долларов больше, чем в предыдущем году, примерно на 16 миллиардов долларов, то есть прибыль примерно на 30 процентов выше. В настоящее время стоимость компании на фондовой бирже составляет около 430 миллиардов долларов, а денежные резервы — 25 миллиардов долларов. Гигант, класифицирующийся как представитель Growth Invest, имеет доходность, не уступающую молодым, динамичным предприятиям:

ROE(доходность собственного капитала) — 26.60%, ROI(доходность инвестиций) — 14.60%. Т.е., все показатели здорового и стабильного бизнеса «на лицо».

И вдруг, в пятницу, прямо во время торговой сессии, лента стала приносить известие о его банкротстве. В буквальном смысле так и было, опираясь на данные Bloomberg, замелькали заголовки типа «Конец гиганта, Johnson & Johnson был вынужден объявить банкротство». При таком, как это сейчас есть, перекупленном рынке, при таком высоком показатели рыночной эйфории, это сообщение должно было «взорвать» рынок, как это было в 2008-м, во время банкротства Lehman Brothers. И даже сильнее, чем тогда. Тогда рынок был «в курсе» такой возможности, но не верил, что правительство США пойдёт на этот риск. А в пятницу, как «гром среди ясного неба», но рынок продолжил свой рост, полностью это банкротство игнорируя. И всё дело тут в том, что банкротство банкротству рознь, и далеко не всегда оно означает, что «дела идут хуже некуда, и нет другого выхода».

Вот и банкротство Johnson & Johnson как раз из той серии, что дела идут хорошо. Проведём банкротство — они станут ещё лучше. Такие банкротства в Америке далеко не редкость, у них даже свое название есть — „Texas Two-Step“. Первый шаг — это деление концерна на два, или более отдельных, независимых друг от дружки предприятия, и сосредоточение проблем в одном из вновь созданном, т.е. отделённом. И во втором шаге, естественно, банкротство проблемного предприятия, которое не заденет оставшиеся, теперь уже оздоровленные части концерна. Но какие проблемы были у внешне здорового Johnson & Johnson, была ли у него в этом необходимость? Ещё как была! Мы уже и подзабыли, но Johnson & Johnson с 2015-го года погряз в судебных разбирательствам, начало которых теряется в 50-х годах прошлого столетия.

А именно тогда Johnson & Johnson начал производить, рассчитанную на бедные слои населения, детскую присыпку (тальк, пудру), содержащую асбест. Который, как теперь известно, способствует развитию рака. Суд в St. Louis признал концерн виновным в том, что производитель десятилетиями знал о содержании асбеста в своем продукте, но его производство не сворачивал. Согласно приговору Johnson & Johnson обязан был выплатить 2,5 миллиарда компенсаций, однако за первой волной последовала вторая волна пострадавших, и на горизонте замаячили следующие 4 миллиарда компенсаций. И вобщем то проблема не в этих 6,5 миллиардах, а в том, что заболевания раком имеют «отложенный» в будущее эффект, и число пострадавших (их уже 38 000 человек), а значит и величина компенсации, будет расти.

Не имея возможности решить вопрос каким нибудь разовым платежом, удовлетворяющим всех пострадавших, и закрывающим будущие претензии, концерн выделил производство «злокачественной» присыпки в отдельное предприятие — LTL Management- и о его банкротстве, как раз и стало известно в пятницу.

Приведёт ли это к однозначному успеху? Говорить рано. Во- первых, адвокаты пострадавших пытаются опротестовать законность такого шага, во-вторых,в конгрессе, демократы приступили к созданию закона запрещающего „Texas Two-Step“. Однако Johnson & Johnson уже получил первый выигрыш — судебный процесс, связанный с детской присыпкой, был остановлен на следующие 60 дней. Практики, отменяющей „Texas Two-Step“ в Америке, ещё не существует.

Мой пост- не обсуждение морально-этической, и тем более правовой стороны такого шага Johnson & Johnson, я не врач, и не юрист. Получив новость, я пытаюсь смоделировать ситуацию, а потом выбрать инструмент и стратегию, чтобы ее расторговать. При цене акции в 165 долларов, концерн имеет Fair Price равный 150 долларам, т.е. переоценен почти на 9 процентов.


fastgraph.com

Т.е. сейчас инвестируя в JNJ акции, получим в портфолио переоцененный актив. Учитывая тенденцию рынка к будущей корректировке своих цен и то, что JNJ акции имеют Beta 0.71, можно предположить, что в будущем появится возможность их покупки по Fair Price. Ну, а до того, сидеть и ждать? Ждать в любом случае, но не сидеть «сложа руки». Ждать, продавая на JNJ акции Security Put , получая за них опционную премию. Например месячный 150-й Put приносит сейчас 100 долларов опционной премии, т.е. 8 % годовой доходности.

Удачных вам торгов и инвестиций! Берегите свой капитал, без него на рынке мы просто зрители.

Добавить комментарий

%d такие блоггеры, как: